Рост политического самосознания передового русского дворянства
Если в середине века и даже перед Крестьянской войной А. П. Сумароков в трагедиях рисовал образ «идеального» государя, то трагедии Н. П. Николева «Сорена и Замир» (1784) и особенно «Вадим Новгородский» Я. Б. Княжнина, написанная им в последние годы жизни (1789), носят явно тираноборческий, антимонархический характер. Основой фабулы последней пьесы является неудачная попытка новгородского посадника Вадима поднять народное восстание против князя Рюрика. Нападки Я. Б. Княжнина направлены не на монарха-злодея (Рюрик — идеальный государь), а на монархию как таковую. Не случайно поэтому, что даже в 1871 г. монолог Пренеста печатался с цензурным пропуском строк, объявляющих самодержавие «содетелем бед».
В трагедии Княжнина, в отличие от трагедий середины века, отсутствуют внешние сценические эффекты, сложная интрига. Речь героев насыщена гражданской терминологией (самодержавие, тиран, гражданин, рабство, закон, свобода и т. п.). Классовая ограниченность писателя сказывается в том пассивном характере, который придан им народу. Все борцы за свободу — из числа посадников, а народ на коленях умоляет Рюрика сохранить венец. В этом ярко проявляется дворянский характер либерализма Я. Б. Княжнина.
А. Н. Радищев (1749—1802) начал свою писательскую деятельность двояко: как политический мыслитель (примечания к переводу книги Мабли «Размышления о греческой истории», 1773) и как сентиментальный писатель («Дневник одной недели», не дошедшие до нас ранние лирические произведения). В 80-х годах сентиментализм Радищева приобретает черты революционного протеста. В конце «Письма к другу, жительствующему в Тобольске» (1782), Радищев выражает уверенность в неизбежности революционного свержения самодержавия. Особенно ярко виден революционный протест в посвящении «Путешествия из Петербурга в Москву», где Радищев не только сочувствует угнетенным, но и высказывает мысль, что «возможно всякому соучастником быть во благоденствии себе подобных».
Самостоятельность и своеобразие Радищева-писателя, преодоление им классицизма и сентиментализма и первые попытки перейти к критическому реализму яснее всего обнаруживаются в «Путешествии». Иначе, чем его западноевропейские и русские предшественники, разработал он жанр путешествия. Не переживания путешественника, не его внутренний мир, а разнообразная объективная действительность, которую он наблюдает, является предметом внимания писателя-революционера. А. Н. Радищев — «зритель без очков» (по отзыву его друга А. Г. Воронцова) — видит в ней непримиримые социально-политические противоречия: мир угнетенных и угнетателей. Социальная антитеза — один из основных композиционных приемов «Путешествия».