Торговые связи Белоруссии с Польшей во второй половине XVIII в. были невелики. Накануне второго раздела шло в Польшу 6,6% экспорта всего Великого княжества Литовского, а из Польши — 3,3% его импорта.
Стремление крепостников увеличить торговлю зерном и сельскохозяйственным сырьем вызвало попытки улучшить пути сообщения. С этой целью на протяжении трех лет чистили Неман, а некоторые его притоки были объявлены сплавными. В 1775—1776 гг. сейм вынес постановление о чистке рек Пины и Муховица \ соединенных позже каналом. Так был создан водный путь из рек Черноморского бассейна в Балтийское море. В 1784 г. трудом крепостных литовского гетмана Огинского было закончено строительство канала, соединявшего бассейны Немана и Днепра. Одновременно шло строительство грунтовых дорог. Была проложена дорога улучшенного типа от Слонима через Пиыск на Волынь.
Внутренняя торговля в Белоруссии была слабо развита и в значительной мере носила ярмарочный характер. Города приходили в упадок, превращаясь в деревни. Ремесленники и торговцы переходили к земледелию. Почти половина населения белорусских городов, не считая евреев, занималось земледелием 2. Поэтому королевские города той части Белоруссии, которая после первого раздела осталась под властью панской Польши, за исключением восьми (Минск, Пинск, Брест, Гродно, Мозырь, Волковыск, Новогрудок, Лида), постановлением сейма 1776 г. были лишены права на самоуправление («магдебургского права») 3.
Во второй половине XVIII в. происходил рост лишь некоторых городов. Значительно возросли города Пинск и Слоним, стоявшие на важных торговых путях, соединявших Белоруссию, Россию, Украину, Литву л Польшу. Слуцк, Несвиж, Рожаны и особенно Гродно развивались как промышленные и торговые центры. В Зельве в ярмарочные дни бойко торговали около 200 лавок, на годовые ярмарки сюда приезжали даже иностранные купцы. Значительно поднялся Минск, развитию которого много способствовали контрактовые ярмарки.

Жестокое социальное угнетение белорусских трудящихся усугублялось тяжелым национальным и религиозным гнетом. Польские помещики насильственно распространяли церковную унию, проводили политику ополячения белорусов, жестоко преследовали белорусский язык и культуру пытались духовно поработить народ Белоруссии, ослабить и подорвать его связи с русским народом. Белорусское население городов подвергалось религиозным преследованиям и ограничениям в области торговли, промышленности, участия в городском управлении. Национально-религиозное угнетение особенно обострилось во время «барской конфедерации» и реформ Четырехлетнего сейма. Такая политика польского панства еще более усиливала стремление белорусского народа воссоединиться с братским русским народом.
В 1772 г., по первому разделу, восточная часть Белоруссии была воссоединена с Россией. В составе России, даже царской и крепостнической, Белоруссия получала такие возможности развития, каких не имела в Речи Посполитой. Значительные успехи сделало сельское хозяйство. Могилев-ский губернатор в своем донесении правительству писал, что за четыре (1773—1777) года посевы ржи сильно увеличились. Развивалась быстро по тем временам и промышленность. Создавались вотчинные мануфактуры; наиболее распространенными среди них были суконные и парусиновые. Существовали мануфактуры, выделывавшие кожу, кирпич, железные изделия.
Крупнейшим центром мануфактур в Восточной Белоруссии стал принадлежавший Потемкину г. Кричев: здесь было две парусиновые мануфактуры, одна канатная, заводы — винокуренный, два стекольных, три лесопильных К
Крупнейшим центром городского ремесленного производства в восточной части Белоруссии оставался Могилев, где в 1785 г. было 748 ремесленников2. Могилев был старинным центром кожевенного производства и художественных изделий.

Развивалась и торговля. Усиливались торговые связи с русскими губерниями и Украиной. Хозяйство Белоруссии все более втягивалось в орбиту всероссийского рынка, что ускоряло экономическое развитие страны. Белорусские купцы ездили в Дорогобуж, Вязьму, Москву, Киев, Кременчуг и другие города. Русские и украинские купцы ездили в белорусские города.
Возрастал вывоз из Белоруссии и в Западную Европу по Западной Двине, через Ригу.
Показателем экономического роста Восточной Белоруссии в эти годы служит рост численности городского и местечкового населения. С 1773 по 1785 г. в Восточной Белоруссии оно значительно возросло. Было положено начало научному изучению восточной части Белоруссии. В 1773 г. Российская Академия наук направила сюда две научные экспедиции. Одной из них, «физической», руководил выдающийся русский ученый академик И. И. Лепехин.
В восточной части Белоруссии царское правительство проводило, конечно, крепостническую политику. За местными крепостниками сохраня лись имения и власть над крепостными крестьянами. Жалованная грамота дворянству 1785 г. была распространена в 1787 г. и на помещиков восточной части Белоруссии. В этом же году были произведены выборы уездных и губернских предводителей дворянства, образованы уездные и губернские дворянские собрания. За помещиками было оставлено право свободного винокурения и свободной продажи вина в белорусских губерниях.
Помещики Белоруссии получили разрешение на продажу своих крестьян в другие губернии.
Сохраняя права местных помещиков, царское правительство в то же время насаждало в восточной части Белоруссии русских помещиков, щедро жалуя им в потомственное владение конфискованные королевские и монастырские имения. Г. А. Потемкину, П. В. Завадовскому, С. Г. Зорину и другим было роздано 141 995 крестьян.
Поскольку в восточной части Белоруссии феодальный гнет сохранился, то, естественно, крестьяне вели против него непрерывную борьбу: искали спасения в бегстве, поджигали усадьбы, убивали крепостников, отказывались выполнять феодальные повинности (крестьяне Чернецкого староства в течение четырех лет в 90-х годах XVIII в. не платили оброчных денег) 1.

По второму разделу Польши (1793) воссоединилась с Россией центральная часть Белоруссии с г. Минском. По третьему разделу (1795) отошла к России западная часть Белоруссии с городами Гродно, Слонимом и Брестом. Таким образом с Россией воссоединилась вся Белоруссия и белорусский народ был спасен от денационализации. Дальнейшая история белорусского народа протекала в обществе хотя и крепостническом, но все же более прогрессивном, чем шляхетской Речи Посполитой.
Развитие культуры белорусского народа в XVIII в. протекало в тяжелых условиях иноземного порабощения. Одним из факторов, способствовавших борьбе белорусского народа против иноземного гнета, сохранению и развитию белорусской культуры, было существование Русского государства, помощь русского народа.
К середине XVIII в. подавляющее большинство дворянства (шляхты) Белоруссии было окатоличено и ополячено, за исключением небольшой части в пограничных с Россией районах, а такя^е в районе г. Слуцка. Здесь сохранялись и развивались элементы феодальной белорусской культуры: имеются документы, писанные па «русском» языке обычно латинским алфавитом, рукописные художественные произведения, которые читались мелкой шляхтой, духовенством, городской верхушкой2.
Белорусская шляхта и богатые горожане получали образование в орденских школах, католических и униатских, а в последней четверти XVIII в.— в школах, реформированных Эдукационной комиссией. Много сыновей белорусской шляхты обучалось в Виленской академии. В самой Белоруссии существовало много средних школ — 3 «академических», 6 орденских, два кадетских корпуса, несколько духовных семинарий. Для шляхетских детей при этих школах имелись небольшие пансионы. Число учеников в средних школах было невелико (по 70—100 чел. в каждой), ежегодный выпуск па одну школу составлял 7—10 чел.

В эти школы учеников из шляхты находили с трудом; например, в медицинско-ветерппарную и акушерскую школы не смогли набрать даже по 6 учеников, пришлось их набирать из крестьянских юношей и девушек, а также из других сословий.
Дети крестьян, за редкими исключениями, ни в каких школах не обучались. Шляхта на Гродненском сеймике постановила ходатайствовать перед сеймом о запрещении обучения крестьянских детей.
В воссоединенной по первому разделу с Россией восточной части Белоруссии часть детей шляхты и зажиточных горожан учились в православных и русских школах. Крестьяне Белоруссии были неграмотны.
Во второй половине XVIII в. в поместьях крупных феодалов Белоруссии вырос крепостной театр, а в городах — обслуживавший крупную и среднюю шляхту театр свободных профессиональных артистов. В Гродно Тизенгауз создал из крепостных оркестр и балетную труппу; он организовал здесь же балетную школу, в которой обучали крепостную молодежь. В 1784 г. в Гродно выступали одновременно три труппы: оперная итальянская, балетная и драматическая польская Богуславского 2. Труппы были у некоторых магнатов; роли в них выполняли крепостные и любители из шляхты.
Самым крупным из магнатских театров был театр Радзивиллов в Несвиже, ставивший оперы, драмы, балеты. В последней четверти XVIII в. в Шклове держал свой театр русский крепостник С. Г. Зорич; постановки в нем шли на русском и польском языках.
На ярмарках в городах и местечках выступали артисты-профессио налы 3. Большой популярностью у горожан и крестьян Белоруссии поль зовался старинный народный кукольный театр — батлейка. Были профес-сионалы-батлейщики.
В народных песнях и сказках отразились высокие духовные качества белорусского народа, любовь к свободе и своей родине, ненависть и презрение к угнетателям и вековечная борьба с ними, глубокая вера в свой силы и правоту своего дела. Популярны были казацкие, гайдамацкие песни, прославлявшие борьбу против феодалов. В песнях выражено народом его стремление к воссоединению с русским народом: «кал! б Русь уся... заадно была».
Народная белорусская архитектура представлена деревянными постройками светского и культового характера.

В белорусской резьбе, как и в вышивке, тканье и гончарных изделиях, преобладал геометрический орнамент, однако довольно распространены и мотивы животного и особенно растительного орнамента. Живопись представлена почти исключительно иконописью, в которой можно заметить дальнейший отход от византийских канонов и усиление тенденций к реализму. Светская живопись ограничивалась почти исключительно портретом. Обращают на себя внимание портреты крепостного художника Ф. Ту-лова.
Из художественных ремесел были широко распространены вышивка, ткачество, гончарное и ювелирное дело. Многие изделия этих ремесел поражают красотой, богатством рисунка, тонкостью отделки, строгостью линий. Заслуженной славой пользовались могилевские оружейники и ювелиры. Изделия таких мастеров, как Афанасий Вовчок и Петр Слизик, ценились весьма высоко. Мировую известность белорусскому художественному мастерству доставили знаменитые шелковые, золотом и сереором тканные слуцкие пояса. Наиболее талантливым мастером — ткачом поясов был белорус Василь Барсук.
Воссоединение Белоруссии с Россией снособствовало установлению плодотворных связей белорусской культуры с передовым демократическим направлением в русской культуре, оказавшей большое влияние на ее дальнейшее развитие.
В середине второй половины XVIII в. с Россией воссоединилась восточная часть Белоруссии, в конце столетия — остальная Белоруссия. Национальное угнетение уменьшилось. В России был более передовой, чем в Речи Посполитой, государственный строй, и феодальный общественный строй стоял на более высокой ступени развития, чем в Речи Посполитой.
Все это создавало для развития Белоруссии в границах России более благоприятные условия.

Народы Севера, Поволжья и Приуралья входили в состав Русского государства на протяжении многих веков.
В Русском централизованном государстве господствовал кре-- L постник-феодал. Еще больше, чем русского крестьянина, он эксплуатировал живших в государстве трудящихся многочисленных нерусских народностей, калеча их культуру, нарочито задерживая развитие их языка и всемерно руссифицируя их.
Русские крепостники отнимали у народностей Севера, Поволжья и Приуралья их земли, переселяли на них своих крепостных из России. Многие русские трудящиеся бежали от крепостного гнета на территории, заселенные нерусскими народностями. Образование и развитие всероссийского рынка вело к тому, что все чаще пе только русские посещали те или иные народы России и поселялись среди них, но и представители нерусских народов приезжали в русские города и области, зачастую проживая там длительное время. Во второй половине XVIII в. на территории нерусских народов Российской империи жило много русских: в Башкирии они составляли около 40% населения, их было очень много в Карелии, немало и среди других народов.
Русские и нерусские трудящиеся Севера, Поволжья, Приуралья вместе работали, сообща преодолевали жизненные трудности, боролись с общими врагами — крепостниками и царизмом. В Кижском восстании, в Крестьянской войне 1773—1775 гг. вместе с русскими выступали народы Севера, Поволжья, Приуралья. В труде и борьбе народы сближались, заимствовали друг у друга производственный опыт, взаимно обогащали язык и культуру. Однако нерусские народы больше заимствовали у более развитого русского парода, чем наоборот: русское влияние все более сказывалось в их жизни и быту — в строениях, одежде, обычаях, культуре и языке.

Воссоединение западной и восточной частей Карелии и закончившийся в начале XVIII в. процесс массового переселения карел с Карельского перешейка в северные и средние районы современной нам Карелии создали благоприятные условия для объединения карельского народа в составе Русского государства 1. Царское правительство проводило на присо единенной территории ряд мер. направленных к упрочению своей власти. С этой целью оно ввело здесь русское поместное и монастырское землевладение. Погосты Салменский, Суоярвский и др. раздавались русским дворянам в качестве поместий. Валаамский, Коневецкий и Алексаидро-Нев-ский монастыри получили земли в Сердобольском, Импилахтинском и Суй-стамском приходах 2.
В XVIII в. в этих местах весьма сказывалось русское влияние — на языке, обычаях, одежде населения. Проезжавший в начале XIX в. по Выборгской губернии асессор Абоского гофгерихта Рибендер отмечал: «Все отличалось от нашего (т. е. финского.— А. Г.): обычаи, одежда, образ мыслей, даже язык, которым говорил народ.., смешан с русскими словами... так что мы его едва понимали» 3.
Население восточной части Карелии в своем подавляющем большинстве состояло из государственных крестьян. По национальному признаку это население делилось на карел, русских и вепсов. Карелы заселяли преимущественно местность, расположенную к северо-западу от Онежского озера: Лопские погосты, Шуйский погост и Карельскую треть Кижского погоста, а также Олонецкий перешеек (волости Святозерская, Сямозер екая и др.). Основным населением заонежских и присвирских погостов — Толвуйского, Выгозерского, части Кижского, Челмужского, Пудожского. Остречинского и др.— были русские. На юго-западном берегу Онежского озера, к северу от Остречинского погоста, в Шелтозерской волости жили вепсы

Суровые климатические и почвенные условия Карелии не благоприятствовали развитию земледелия. Хотя здесь применялся трехпольный севооборот, но недостаток удобной пахотной земли заставлял крестьян прибегать к примитивному подсечному земледелию на лесных участках. Землю пахали прямой сохой и деревянной бороной (по-карельски — астувой) 5.
Из зерновых культур сеяли рожь, овес, ячмень, в южных районах в очень незначительном количестве — пшеницу6. В своих наказах в Уложенную комиссию 1767 г. олонецкие крестьяне писали, что они вмешивают «в малый хлебный умолот ржаную солому и протчее от соломы остав шее охвостье» 7. Академик Н. Озерецковский, путешествовавший по Карелии в 1785 г., отмечает в своем дневнике, что карелы вместо хлеба употребляют ржаную солому, которую мелко рубят сечками, сушат в печи, потом толкут в ступах и, примешав немного овсяной муки, пекут хлеб К
Из технических культур крестьяне сеяли лен и коноплю (преимущественно в Пудожском и Шальском погостах). Из огородных культур наиболее распространенной была репа, которую употребляли в свежем и сухом виде, а также для приготовления кваса. Картофель в Олонецком уезде во второй половине XVIII в. еще не был известен. Развитию скотоводства мешало отсутствие хороших пастбищ: луга, заросшие деревьями, кустарником и покрытые мхом, требовали специальной обработки. При недостатке хлеба и мяса существенное значение в питании карел имела рыба. Рыбная ловля и охота были наиболее распространенными промыслами 2.
Во второй половине XVIII в. продолжало расти имущественное расслоение карельской деревни. Земельные участки большинства крестьян сокращались. В руки богатых крестьян и купцов постепенно переходили лучшие государственные пашенные земли и сенные покосы, которые они отнимали за долги или скупали, пользуясь безвыходным положением разорявшихся крестьян. Занимая у деревенских богатеев деньги и хлеб на ростовщических условиях, неимущие крестьяне попадали в положение вечных должников и принуждены были уступить участки своей пахотной земли, «лишаясь... и последнего к пропитанию средства» 3. Олонецкие наказы 1767 г. обращали внимание правительства н ато, что некоторые обнищавшие крестьяне, «оставя дома свои и деревенские участки впусте, разбрелись в разные места, скитаясь между дворами» 4. Официальные документы того времени отмечают, что «пожиточные крестьяне все пустые участки по себе разделили и тою землею владеют и прибыль от нее получают, а самые убогие люди и участки меньше имеют»

Таким образом, в карельской деревне усилился процесс обезземеления большинства крестьянского населения, с одной стороны, и сосредоточения лучших земель в руках меньшинства — с другой. Поэт Г. Р. Державин, бывший в 1784—1785 гг. олонецким губернатором, следующим образом объяснял источник обогащения зажиточных крестьян: «Малое количество зажиточных крестьян и есть причиною, что более бедных. Они, наяшв достаток подрядом или каким другим образом, раздают оный в безбожный процент, кабалят долгами почти в вечную себе работу бедных заёмщиков, а чрез то усиливаются и богатеют более, нежели где внутри России, ибо при недостатке хлеба и прочих к пропитанию нужных вещей прибегнуть не к кому, как к богачу, в ближайшем селении живущему» 6.
Деревенские богатеи, если они занимались торговлей или промыслами, могли записываться в посадские люди, не оставляя своего сельского хозяйства. Еще в наказах 1767 г. олонецкие крестьяне указывали на тот факт, что меяхду ними «жительство почти в каждых... погостах, волостях и деревнях смежно имеют олонецкие купцы на тяглах таковых же, как государственные крестьяне, деревенских участках...» *.
Частые неурожаи, дороговизна хлеба, необеспеченность землей для прокормления семьи и необходимость добывания денег на уплату подушной подати — все это заставляло крестьян искать средств к существованию на отхожих промыслах, получивших во второй половине XVIII в. особенно большое распространение. Карельские крестьяне искали заработка не только в пределах Карелии, но и в Петербурге, Москве, Новгороде, Риге, Выборге и других городах, где работали плотниками, столярами и каменотесами, а также занимались мелкой торговлей. Крестьяне уходили на рыбную ловлю в Финский залив, в устье Невы, где рыба имела лучший сбыт и продавалась по более высокой цене. В тех районах, где среди карельского крестьянства с давних пор были распространены домашние железные промыслы, они не потеряли своего значения и во второй половине XVIII в. Так, крестьяне Лопских погостов, а также Мунозерского конца Шуйского и Карельской трети Кижского погостов, не отрываясь от сельского хозяйства, изготовляли сыродутное железо и уклад, которые шли па местные купеческие мануфактуры и через скупщиков на ярмарки 2