Приспособления для охоты и рыбной ловли вырабатывались веками. В XVIII в. охотники пользовались и огнестрельным оружием, но главным образом для охоты на пушного зверя. Очень широко были распространены разного рода капканы — пружинные (слопцы) и действовавшие своей тяжестью (плашки горностайные). Для ловли птиц применялись силки и сети. Довольно широко был распространен сбор яиц диких птиц, особенно уток. На деревьях развешивались бураки (сосуды из бересты) и небольшие деревянные кадушки. Утки устраивали там свои гнезда, а охотники собирали из этих гнезд яйца 2-
Крестьянские дворы в Коми крае, как и вообще на Севере, делались крытыми. Избы, как правило, топились по-черному, бани были редки, и местное население мылось редко. Все это создавало антисанитарные условия существования и содействовало распространению эпидемий 3.
Народ коми принял христианство еще в XIV в. К XVIII в. оно пустило уже глубокие корни, и, как замечает И. И. Лепехин, местные жители «более оказывают своей ревности и усердия в христианской вере, нежели другие пароды» 4. Тем не менее некоторые пережитки языческих верований сохранились и в XVIII в.: остатки тотемических представлений, пережитки культа священных рощ и деревьев и т. п.
Элементы совместпой борьбы русского и коми народов нашли свое отрая^еиие в легенде о богатыре Пере, который оказал помощь русским войскам, победив в единоборстве вражеского богатыря5. Классовая борьба нашла отрая^ение в легендах о «разбойнике» Шипице, боровшемся с богачами и насильниками б.
*
Саамы (лопари) жили на Кольском полуострове и частично, вперемежку с карелами, в Заонея^ье. Саамов, по неполным данным третьей ревизии (1761 — 1767), было около 400 душ м. п.
Основным занятием саамов в XVIII в. продолжали оставаться рыбная ловля и охота. Саамы в это время еще сохраняли полукочевой быт и три раза в год переносили свои вежи (шалаши) с места на место, в зависимости от того, где они ловили рыбу в то или иное время года.

На Кольском полуострове саамы зависели главным образом от монастырей, развернувших здесь еще в XVII в. промысловую деятельность и за-кабаливших местное население. В 1764 г., с проведением в жизнь указа о секуляризации монастырских имений, у монастырей были отобраны в казну все угодья и крестьяне, в том числе и лопари, которых объявили экономическими крестьянами. Но это не улучшило их экономического положения. По свидетельству позднейшего исследователя быта саамов Н. Н. Харузина, «большинство лопарей только перешло из рук в руки, от монастыря к Кольским жителям, которые, так сказать, разделили лопарские погосты между собой для продолжения той эксплуатации, которую в продолжение веков совершал Печенгский монастырь. Другая же часть лопарей в этой кабале находилась еще раньше» 3.
Рыбопромышленники, ссужая саамов в долг деньгами и необходимыми предметами бытового обихода, забирали у них выловленную рыбу по дешевой цене, а товары отпускали им втридорога; вместе с тем рыбопромышленники спаивали их — водка неизменно сопутствовала всякой сделке промышленников с саамами. Чрезмерной эксплуатацией и гнетом саамы были до того разорены, что оказывались не в состоянии сами использовать свои рыболовные угодья. Они их сдавали арендаторам за плату4. «По такой крайности,— говорят авторы наказов Кольских саамов,— употребляем в пищу, выталкивая наподобие муки, сосновую кору, примешивая с мукою , а другие так, что по неимению у себя дневной пищи помирают голодной смертью» 5.
Имущественное положение саамов было неодинаково. И.-Г. Георги, характеризуя их оленеводство, отметил наличие крупных стад у отдельных саамов и в то же время подчеркнул, что некоторые из них имеют настолько мало оленей, что иногда бывают лишены возможности кормиться от оленеводства. Тогда такой бедняк «уступает остальных своих оленей кому ни есть из приятелей, а сам принимается для исправления своего за звериный промысел» 6. Некоторые наказы заонежских саамских погостов говорят о том, что в погостах были состоятельные жители, которые порывали связь со своими погостами и записывались в купечество.

Некоторые из лопарских погостов Кольского полуострова и в XVIII в. продолжали платить дань датчанам в размере полутора ефимка (около 75 коп. на русские деньги) с человека в год 1.
Наиболее обычной формой протеста саамов против гнета и эксплуатации в XVIII в. были побеги.
Данных о культуре саамов XVIII в. сохранилось чрезвычайно мало. О степени развития материальной культуры можно судить по производству ими предметов промыслового и бытового обихода. Саамы мужчины изготовляли легкие деревянные лодки, сани, похожие своим внешним видом на лодки, кожаную оленью сбрую, а также выделывали деревянную посуду, украшая ее резьбой, а иногда инкрустацией из кости, олова и оленьего рога. Женщины выделывали меха, приготовляли нитки из жил, вязали сети. Они же занимались волочением оловянной проволоки: в оленьем роге проделывали небольшие круглые отверстия и через них вытягивали проволоку. Женщины шили кожаную и суконную одежду, которую украшали вышивкой из шерсти и волоченого олова 2.
Язык саамов относится к группе угорских языков. Он имеет много наречий, настолько различных, что саамы отдельных погостов с трудом понимают друг друга. Письменности саамы в XVIII в. не имели.
Подавляющее большинство саамов в XVIII в. исповедовало христианство, но у них сохранялись и прежние языческие верования, в основе которых лежало обожествление сил и явлений природы. У саамов не было общих богов. Обиталищем богов считались священные горы, озера, деревья. Там же находились и изображения богов в виде деревянных идолов, вырезанных из стволов или корней деревьев, или в виде каменных нагромоящений. У саамов были волхвы 3.
Русское влияние на культуру саамов велико. Занятие земледелием усилилось, несомненно, под русским влиянием. Христианство основная масса саамов тоже приняла от русских. Русское влияние сказывалось и в .заимствовании предметов бытового обихода, и в духовной культуре. Русские ткани — шерстяные и хлопчатобумажные, украшения (застежки, перстни, серьги) прочно вошли в быт саамов 4.

Во второй половине XVIII в. в расселении народов Среднего Поволжья не произошло значительных изменений: продолжала увеличиваться численность русского населения, часть же нерусского населения переходила аа земли Заволжья и Приуралья. Наиболее многочисленная из народностей Среднего Поволжья — мордва населяла в основном территории современной Мордовской АССР, а также некоторые районы Чувашской АССР, Ульяновской, Горьковской, Пензенской и Рязанской областей. Значительная часть мордвы переселилась в Заволжье на территорию современной Татарской АССР, а также Башкирской АССР, Чкаловской и Куйбышевской областей.
Народ мари составлял значительную часть населения современных Горно-Марийского района и района Йошкар-Олы Марийской АССР, Ветлужского района Горьковской области, Яранского, Уржумского районов Кировской области, Мамадышского, Елабуж-ского районов Татарской АССР и Сарапульского — Удмуртской АССР; часть мари переселилась в Приуралье и Башкирию.
Чуваши, занимая главным образом территорию современной
Чувашской АССР, продолжали переселяться на левый берег Волги, в район современной Татарской и Башкирской АССР и Куйбышевской области.
Татары проживали на всем Поволжье. Значительная часть их переселилась и продолжала переселяться в Башкирию. Родственные татарам мишари (мещеряки) жили преимущественно в современном Цивильском районе Чувашской АССР. Удмурты населяли главным образом современные Глазовский и Сарапульский районы Удмуртской АССР, Слободской район Кировской области, Осинский — Молотовской области, Казанский и Мамадышский — Татарской АССР. Отдельные их поселения встречались в Заволжье на территории Куйбышевской области и в Башкирии.
Как видно из этого перечисления, народности Поволжья зачастую имели общую территорию, смешиваясь между собой и с русским населением. Часто в одной деревне жили две народности.