Закон Ломоносова, утверждающий несотворимость и неуиичтоя^аемость материи и движения, доказывал несостоятельность библейской легенды о миротворении. Ломоносов смело боролся против вмешательства церкви в науку, раскрывал вред, причиняемый народу суевериями, обрядами и праздниками.
Одним из первых продолжателей Ломоносова в области философии был его ученик по академическому университету, уроженец Украины, Яков Павлович Козельский (род. 1728, ум. после 1793), автор оригинального труда по философии — «Философические предложения» (1768).
Я. П. Козельский дорожил самостоятельностью и независимостью своих суждений. «Я,— писал он,— не ласкал никому из других авторов, каков бы он велик ни был; потому что раболепствующий мнениям других людей равно глуп кажется в глазах мудрого человека, когда он защищает по ласкательству, а не по уверению» 1. В то же время он относился с уважением к передовым зарубежным мыслителям, особенно к Гельвецию и Руссо, многие идеи которых он разделял. В своих философских воззрениях Козельский исходил из признания единой природы мира вещей и мира людей, ибо, как он говорит, «более сих двух предметов натура в себе не имеет» — в качестве воспринимаемой чувствами и существующей вне человека реальности. Впервые в русской философии он дал определение философской науки как особой области, обнимающей «одне только генеральные познания о вещах и делах человеческих» 2. Ставя перед философией, в качестве основной, социально-этическую задачу искания «правил», ведущих к благополучию человечества, он тем самым отражал характерную уже для XVIII в. черту передовой русской философской мысли — ее стремление служить непосредственным нуждам общества.
Козельский считал основной своей целью дать теоретическое обоснование принципа «истинной добродетели» — гармонического сочетания личного и общего интересов, осуществление которого должпо, по его мнению, привести к благополучию человеческого рода. Козельский видел в окружающей человека социальной среде ключ к приведению общества в «совершенное» состояние. Коренное переустройство общественных отношений на справедливых началах он считал непременным условием нравственного совершенствования общества и просвещения народа. «Выполировать (т. е. просветить) народ,— подчеркивает мыслитель,— иначе нельзя, как чрез облегчение его трудностей»

Торговые связи Белоруссии с Польшей во второй половине XVIII в. были невелики. Накануне второго раздела шло в Польшу 6,6% экспорта всего Великого княжества Литовского, а из Польши — 3,3% его импорта.
Стремление крепостников увеличить торговлю зерном и сельскохозяйственным сырьем вызвало попытки улучшить пути сообщения. С этой целью на протяжении трех лет чистили Неман, а некоторые его притоки были объявлены сплавными. В 1775—1776 гг. сейм вынес постановление о чистке рек Пины и Муховица \ соединенных позже каналом. Так был создан водный путь из рек Черноморского бассейна в Балтийское море. В 1784 г. трудом крепостных литовского гетмана Огинского было закончено строительство канала, соединявшего бассейны Немана и Днепра. Одновременно шло строительство грунтовых дорог. Была проложена дорога улучшенного типа от Слонима через Пиыск на Волынь.
Внутренняя торговля в Белоруссии была слабо развита и в значительной мере носила ярмарочный характер. Города приходили в упадок, превращаясь в деревни. Ремесленники и торговцы переходили к земледелию. Почти половина населения белорусских городов, не считая евреев, занималось земледелием 2. Поэтому королевские города той части Белоруссии, которая после первого раздела осталась под властью панской Польши, за исключением восьми (Минск, Пинск, Брест, Гродно, Мозырь, Волковыск, Новогрудок, Лида), постановлением сейма 1776 г. были лишены права на самоуправление («магдебургского права») 3.
Во второй половине XVIII в. происходил рост лишь некоторых городов. Значительно возросли города Пинск и Слоним, стоявшие на важных торговых путях, соединявших Белоруссию, Россию, Украину, Литву л Польшу. Слуцк, Несвиж, Рожаны и особенно Гродно развивались как промышленные и торговые центры. В Зельве в ярмарочные дни бойко торговали около 200 лавок, на годовые ярмарки сюда приезжали даже иностранные купцы. Значительно поднялся Минск, развитию которого много способствовали контрактовые ярмарки.

Жестокое социальное угнетение белорусских трудящихся усугублялось тяжелым национальным и религиозным гнетом. Польские помещики насильственно распространяли церковную унию, проводили политику ополячения белорусов, жестоко преследовали белорусский язык и культуру пытались духовно поработить народ Белоруссии, ослабить и подорвать его связи с русским народом. Белорусское население городов подвергалось религиозным преследованиям и ограничениям в области торговли, промышленности, участия в городском управлении. Национально-религиозное угнетение особенно обострилось во время «барской конфедерации» и реформ Четырехлетнего сейма. Такая политика польского панства еще более усиливала стремление белорусского народа воссоединиться с братским русским народом.
В 1772 г., по первому разделу, восточная часть Белоруссии была воссоединена с Россией. В составе России, даже царской и крепостнической, Белоруссия получала такие возможности развития, каких не имела в Речи Посполитой. Значительные успехи сделало сельское хозяйство. Могилев-ский губернатор в своем донесении правительству писал, что за четыре (1773—1777) года посевы ржи сильно увеличились. Развивалась быстро по тем временам и промышленность. Создавались вотчинные мануфактуры; наиболее распространенными среди них были суконные и парусиновые. Существовали мануфактуры, выделывавшие кожу, кирпич, железные изделия.
Крупнейшим центром мануфактур в Восточной Белоруссии стал принадлежавший Потемкину г. Кричев: здесь было две парусиновые мануфактуры, одна канатная, заводы — винокуренный, два стекольных, три лесопильных К
Крупнейшим центром городского ремесленного производства в восточной части Белоруссии оставался Могилев, где в 1785 г. было 748 ремесленников2. Могилев был старинным центром кожевенного производства и художественных изделий.

По второму разделу Польши (1793) воссоединилась с Россией центральная часть Белоруссии с г. Минском. По третьему разделу (1795) отошла к России западная часть Белоруссии с городами Гродно, Слонимом и Брестом. Таким образом с Россией воссоединилась вся Белоруссия и белорусский народ был спасен от денационализации. Дальнейшая история белорусского народа протекала в обществе хотя и крепостническом, но все же более прогрессивном, чем шляхетской Речи Посполитой.
Развитие культуры белорусского народа в XVIII в. протекало в тяжелых условиях иноземного порабощения. Одним из факторов, способствовавших борьбе белорусского народа против иноземного гнета, сохранению и развитию белорусской культуры, было существование Русского государства, помощь русского народа.
К середине XVIII в. подавляющее большинство дворянства (шляхты) Белоруссии было окатоличено и ополячено, за исключением небольшой части в пограничных с Россией районах, а такя^е в районе г. Слуцка. Здесь сохранялись и развивались элементы феодальной белорусской культуры: имеются документы, писанные па «русском» языке обычно латинским алфавитом, рукописные художественные произведения, которые читались мелкой шляхтой, духовенством, городской верхушкой2.
Белорусская шляхта и богатые горожане получали образование в орденских школах, католических и униатских, а в последней четверти XVIII в.— в школах, реформированных Эдукационной комиссией. Много сыновей белорусской шляхты обучалось в Виленской академии. В самой Белоруссии существовало много средних школ — 3 «академических», 6 орденских, два кадетских корпуса, несколько духовных семинарий. Для шляхетских детей при этих школах имелись небольшие пансионы. Число учеников в средних школах было невелико (по 70—100 чел. в каждой), ежегодный выпуск па одну школу составлял 7—10 чел.

В эти школы учеников из шляхты находили с трудом; например, в медицинско-ветерппарную и акушерскую школы не смогли набрать даже по 6 учеников, пришлось их набирать из крестьянских юношей и девушек, а также из других сословий.
Дети крестьян, за редкими исключениями, ни в каких школах не обучались. Шляхта на Гродненском сеймике постановила ходатайствовать перед сеймом о запрещении обучения крестьянских детей.
В воссоединенной по первому разделу с Россией восточной части Белоруссии часть детей шляхты и зажиточных горожан учились в православных и русских школах. Крестьяне Белоруссии были неграмотны.
Во второй половине XVIII в. в поместьях крупных феодалов Белоруссии вырос крепостной театр, а в городах — обслуживавший крупную и среднюю шляхту театр свободных профессиональных артистов. В Гродно Тизенгауз создал из крепостных оркестр и балетную труппу; он организовал здесь же балетную школу, в которой обучали крепостную молодежь. В 1784 г. в Гродно выступали одновременно три труппы: оперная итальянская, балетная и драматическая польская Богуславского 2. Труппы были у некоторых магнатов; роли в них выполняли крепостные и любители из шляхты.
Самым крупным из магнатских театров был театр Радзивиллов в Несвиже, ставивший оперы, драмы, балеты. В последней четверти XVIII в. в Шклове держал свой театр русский крепостник С. Г. Зорич; постановки в нем шли на русском и польском языках.
На ярмарках в городах и местечках выступали артисты-профессио налы 3. Большой популярностью у горожан и крестьян Белоруссии поль зовался старинный народный кукольный театр — батлейка. Были профес-сионалы-батлейщики.
В народных песнях и сказках отразились высокие духовные качества белорусского народа, любовь к свободе и своей родине, ненависть и презрение к угнетателям и вековечная борьба с ними, глубокая вера в свой силы и правоту своего дела. Популярны были казацкие, гайдамацкие песни, прославлявшие борьбу против феодалов. В песнях выражено народом его стремление к воссоединению с русским народом: «кал! б Русь уся... заадно была».
Народная белорусская архитектура представлена деревянными постройками светского и культового характера.

Суровые климатические и почвенные условия Карелии не благоприятствовали развитию земледелия. Хотя здесь применялся трехпольный севооборот, но недостаток удобной пахотной земли заставлял крестьян прибегать к примитивному подсечному земледелию на лесных участках. Землю пахали прямой сохой и деревянной бороной (по-карельски — астувой) 5.
Из зерновых культур сеяли рожь, овес, ячмень, в южных районах в очень незначительном количестве — пшеницу6. В своих наказах в Уложенную комиссию 1767 г. олонецкие крестьяне писали, что они вмешивают «в малый хлебный умолот ржаную солому и протчее от соломы остав шее охвостье» 7. Академик Н. Озерецковский, путешествовавший по Карелии в 1785 г., отмечает в своем дневнике, что карелы вместо хлеба употребляют ржаную солому, которую мелко рубят сечками, сушат в печи, потом толкут в ступах и, примешав немного овсяной муки, пекут хлеб К
Из технических культур крестьяне сеяли лен и коноплю (преимущественно в Пудожском и Шальском погостах). Из огородных культур наиболее распространенной была репа, которую употребляли в свежем и сухом виде, а также для приготовления кваса. Картофель в Олонецком уезде во второй половине XVIII в. еще не был известен. Развитию скотоводства мешало отсутствие хороших пастбищ: луга, заросшие деревьями, кустарником и покрытые мхом, требовали специальной обработки. При недостатке хлеба и мяса существенное значение в питании карел имела рыба. Рыбная ловля и охота были наиболее распространенными промыслами 2.
Во второй половине XVIII в. продолжало расти имущественное расслоение карельской деревни. Земельные участки большинства крестьян сокращались. В руки богатых крестьян и купцов постепенно переходили лучшие государственные пашенные земли и сенные покосы, которые они отнимали за долги или скупали, пользуясь безвыходным положением разорявшихся крестьян. Занимая у деревенских богатеев деньги и хлеб на ростовщических условиях, неимущие крестьяне попадали в положение вечных должников и принуждены были уступить участки своей пахотной земли, «лишаясь... и последнего к пропитанию средства» 3. Олонецкие наказы 1767 г. обращали внимание правительства н ато, что некоторые обнищавшие крестьяне, «оставя дома свои и деревенские участки впусте, разбрелись в разные места, скитаясь между дворами» 4. Официальные документы того времени отмечают, что «пожиточные крестьяне все пустые участки по себе разделили и тою землею владеют и прибыль от нее получают, а самые убогие люди и участки меньше имеют»

На Кольском полуострове саамы зависели главным образом от монастырей, развернувших здесь еще в XVII в. промысловую деятельность и за-кабаливших местное население. В 1764 г., с проведением в жизнь указа о секуляризации монастырских имений, у монастырей были отобраны в казну все угодья и крестьяне, в том числе и лопари, которых объявили экономическими крестьянами. Но это не улучшило их экономического положения. По свидетельству позднейшего исследователя быта саамов Н. Н. Харузина, «большинство лопарей только перешло из рук в руки, от монастыря к Кольским жителям, которые, так сказать, разделили лопарские погосты между собой для продолжения той эксплуатации, которую в продолжение веков совершал Печенгский монастырь. Другая же часть лопарей в этой кабале находилась еще раньше» 3.
Рыбопромышленники, ссужая саамов в долг деньгами и необходимыми предметами бытового обихода, забирали у них выловленную рыбу по дешевой цене, а товары отпускали им втридорога; вместе с тем рыбопромышленники спаивали их — водка неизменно сопутствовала всякой сделке промышленников с саамами. Чрезмерной эксплуатацией и гнетом саамы были до того разорены, что оказывались не в состоянии сами использовать свои рыболовные угодья. Они их сдавали арендаторам за плату4. «По такой крайности,— говорят авторы наказов Кольских саамов,— употребляем в пищу, выталкивая наподобие муки, сосновую кору, примешивая с мукою , а другие так, что по неимению у себя дневной пищи помирают голодной смертью» 5.
Имущественное положение саамов было неодинаково. И.-Г. Георги, характеризуя их оленеводство, отметил наличие крупных стад у отдельных саамов и в то же время подчеркнул, что некоторые из них имеют настолько мало оленей, что иногда бывают лишены возможности кормиться от оленеводства. Тогда такой бедняк «уступает остальных своих оленей кому ни есть из приятелей, а сам принимается для исправления своего за звериный промысел» 6. Некоторые наказы заонежских саамских погостов говорят о том, что в погостах были состоятельные жители, которые порывали связь со своими погостами и записывались в купечество.

На основании постановления сейма гетман Огинский заключил с пятью селами (Пасеница, Селевичи, Крокотки, Лопухово, Шляпандки), как записано в документе, «добровольный, непринужденный» договор, со гласно которому они освобождались от барщины, а обязывались платить чинш в размере 40 злотых с волоки, кроме того, давать с волоки бочку овса, 4 курицы, 2 гуся, 40 яиц, 10 возов дров 1. В действительности к подписанию этого «непринужденного» договора крестьян вынуждали насилием. Как видно из их судебной жалобы, в села Крокотки и Лопухово Огинский «прислал полк татар (литовских.— Д. П.) в 500 коней, которые не только батожением уничтожали жизнь и здоровье, но несколько человек замучили, имущество уничтояшли, забрали 123 штуки скота, коней тоже... людей повязали по 2 человека и под конвоем доставили во двор Грибов, где... шнуром просмоленным... на столб таскали и мучили, чтобы подписывались на больший чинш» 2. Крестьяпе под принуждением подписались — поставили кресты, но затем отказались выполнять это «соглашение». Тогда Огинский снова послал отряд солдат в с. Крокотки, «которые собрали всех в одно гумно, обнажили палаши, привезли воз лозы, чтобы сечь, требуя подписать согласие платить чинш по 40 злотых с волоки... Видя последние минуты жизни, принуждены были подписаться на чинш в 40 злотых с волоки, ломая наше право» °. Вскоре Огинский пошел дальше: он потребовал от бывших бояр выполнения барщинных работ. Те снова начали сопротивляться, но в ответ получили в 1776 г. разъяснение сейма, что договор с Огинским — дело его доброй воли, а законом является сеймовое постановление 1766 г. о их тягловом положении.
Из документов 1761 г. узнаем, что в имении Каменщина Мозырского повета уже несколько лет тянулись «крестьянские бунты, угрожающие всему Белорусскому краю», на усмирение которых были двинуты войска4.
В 1768—1769 гг. разрозненные антифеодальные выступления были на юге и востоке Белоруссии; повидимому, они были связаны с крестьянским восстанием 1768 г. на Украине.
В 1778 г. в с. Дворец Брестской экономии был убит панский служащий; чтобы не дать разгореться восстанию, туда немедленно были посланы войска.
Крестьянство вело против феодалов непрерывную борьбу. Формы ее были разнообразны: жалобы, порубки леса, выпасы посевов, бегство. Бег ство белорусских крестьян за русскую границу особенно усилилось после первого раздела Польши; в некоторых случаях уходили целые семейства и даже деревни.

В конце XVIII в., в связи с разделением Украины на губернии и наместничества, появились описания наместничеств Черниговского, Новгород-Севе рского, Харьковского, Екатеринославского, в которых помещены ценные сведения об экономике Украины, о ее населении, природе и т. д.4... Значительный интерес для изучения истории Украины представляют также издания исторических материалов В. Г. Рубана
Украинская литература в своем развитии во второй половине XVIII в. значительно продвинулась вперед, обогатившись большим количеством новых произведений и новых жанров. Стал более заметным удельный вес светской литературы. В литературе развиваются элементы реализма и народности, происходят изменения в литературном языке. Старый макаронический язык, представлявший собою смесь украинских и церковнославянских, отчасти польских и латинских слов, отмирает. Усиливается влияние более развитого русского литературного языка, имевшего положительное значение для дальнейшего развития украинского языка. Появляются произведения, написанные на народном украинском языке 1.
Новые явления резко отразились на характере поэтического творчества, на его содержании и форме. На смену силлабическому стихосложению пришло силлабо-тоническое, развивавшееся под влиянием трудов основателей русского тонического стихосложения (М. В. Ломоносов, В. К. Тредиаковский и др.). Увеличилось число исторических и политических стихотворений. Такой характер носило, в частности, большое стихотворение С. Дивовича «Разговор Великороссии с Малороссией» (1762).
В этом произведении подчеркнуты исконные связи между двумя братскими народами, постоянное стремление украинского народа к объединению с русским народом, добровольное воссоединение Украины с Россией. Вместе с тем в этом стихотворении отразились автономистские стремления старшины.
Появилось много лирических стихотворений в жанре сентиментальных романсов, авторы которых — студенты, странствующие дьяки, мелкие чиновники — широко заимствовали стиль и образы народной песни. Украинский сентиментальный романс в ряде случаев использовал образцы русской лирической поэзии — песни А. П. Сумарокова и других русских поэтов, а образцы украинской лирической поэзии и народной песни можно было встретить и в многочисленных сборниках русской песни (сборники В. Трутовского (1779), М. Чулкова (1790) и др.).

Но своими силами украинские крестьяне не могли свергнуть панское иго. Единственной их надеждой была помощь России. Многие русские крестьяне, солдаты, иногда и офицеры активно помогали украинскому народу в борьбе с панской Польшей: вступая в отряды восставших, они сражались не только против панских войск, но и против помогавших панам частей царской армии.
В 1793 и 1795 гг., во время второго и третьего разделов Польши, большая часть Правобережной Украины — от Днепра до Збруча и Западного Буга — была воссоединена с Россией. В 1792 г. вошедшие в Правобережную Украину русские войска были встречены украинцами как освободители; местные крепостники, боясь расправы своих крестьян, бежали из имений.
Царское правительство, конечно, не позволило крестьянам уничтожить крепостнический гнет, а наоборот, создало сильный аппарат для его охраны. Имения были оставлены прежним владельцам. Местные органы власти были отданы в руки местным крепостникам. Русские, польские, украинские феодалы нашли общий язык в деле эксплуатации и усмирения трудящихся.
Несмотря на то, что Россия XVIII в. была крепостнической страной, все же воссоединение с ней украинских земель открывало им больший простор для развития производительных сил, избавляло от угрозы полонизации.
По первому разделу Польши (1772) большей частью Западной Украины (от Карпат до Збруча) завладела Австрия. Эту часть Украины австрийское правительство назвало Галицией. Буковина в середине XVIII в. была под властью молдавских господарей и вместе с Молдавией подчинялась султанской Турции. В 1774 г. Австрия захватила и Буковину, которую затем объединила с Галицией в одну провинцию. Закарпатьем, как и раньше, владели австро-венгерские феодалы. Хозяйство в Буковине и Закарпатье было весьма отсталым. Население долин занималось большей частью примитивным земледелием. В горных районах имелось много лесов, и поэтому здесь развились лесные промыслы — добывание смолы, угля, изготовление изделий из дерева.
Народные массы Закарпатья находились под гнетом венгерских, австрийских и местных украинских феодалов; население Буковины угнетали украинские, молдавские, турецкие, затем австрийские помещики. С феодальным гнетом крестьяне Буковины и Закарпатья боролись различными способами.
Вооруженные отряды опрышков действовали в горах. В Буковине с крепостниками расправлялись гайдуки. В 1760 г. в Закарпатье вспыхнуло народное восстание против насильственно навязанной унии; постепенно оно переросло в движение против крепостничества. Население дорожило православием: эта религия связывала его с русским народом, на помощь которого оно надеялось в своей борьбе за освобождение от Австрии и подвластной ей Венгрии.